FullHistoria

Среди этих выводов (а их можно без всякой натяжки и преувеличения рассматривать как результат первой в истории социальной мысли строго социологической экспертизы определенной системы «законодательных предполо­жений») важнейшими были те, что резюмировали веберовский анализ возможных последствий осуществления программных требований партии конституционных демократов (кадетов) по вопросу об избирательном праве и аграрному воп­росу. Причем речь шла об оценке этих последствий с точки зрения основных политических целей как самих же кадетов, так и всех других участников российского освободительного движения, близких к ним по своим либераль­но-демократическим устремлениям. В обоих случаях — всеобщего и равного из­бирательного права (при прямом и тайном голосовании), и в случае осуществления кадетского варианта «земельной реформы» — результаты этих мероприятий должны были бы вступить в решительное противоречие с основополагающей целью кадетов — созданием учреждений, которые обеспечили бы «права человека» так, как они обеспечиваются в наиболее «продвинутых» парламентских демокра­тиях Запада.

«Анализ сознания» и практических устремлений всех общественно-политиче­ских сил, так или иначе вовлеченных в революционные события 1905—1906 гг. интеллигенции, инициировавшей революцию и игравшей в ней наиболее актив­ную роль, крестьянства, составившего основной массив населения страны, тонкого слоя собственно «буржуазии», малочисленного рабочего класса и аморфной городской «мелкой буржуазии» — привел Вебера к зак­лючению, что «массы», которым всеобщее избирательное право «всучило» бы власть, не будут действовать в духе либеральной буржуазно-демократи­ческой программы. Их вряд ли воодушевят программные требования, выд­винутые еще «Союзом освобождения», которые легли в основу кадетского проекта конституции: «I. правовая гарантия свободы индивида, 2. конститу­ционное правовое государство на основе „четырехчленного" избирательного права, 3. социальная реформа по западно-европейскому образцу, 4. аграрная реформа».

Более того, согласно веберовскому убеждению, есть все основания полагать, что «массам» будут импонировать требования, в основе которых лежат интересы, диаметрально противоположные главной идее конституционных демократов, «по поводу» которой, собственно, и образовалась эта партия, — идее «прав человека». В том же направлении будут толкать основную массу избира­телей, кроме всего прочего, и результаты аграрной реформы, которых не могут не требовать кадеты, коль скоро она осуществится именно в их варианте. Вебер считает, что она . «по всей вероятности . мощно усилит в эконо­мической практике, как и в экономическом сознании масс, архаический, по своей сущности, коммунизм крестьян». Ибо ее результатом ста­нет «не экономический отбор дееспособнейших в „общественном" смысле, а „этическое" уравновешивание жизненных шансов». А это значит, что реформа «должна замедлить развитие западноевропейской индивидуалисти­ческой культуры», которое «согласно взглядам большинства реформаторов, все-таки неизбежно». И им ничего не остается, кроме как на­деяться на то, что их главный враг — «автократическое правительство» — воспрепятствует осуществлению их варианта аграрной реформы.

Поскольку же жесткие условия политической борьбы вынуждали российских конституционных демократов выдвигать в качестве первоочередных именно эти программные требования, исключая для себя возможность сосредоточиться на более умеренных (зато более конструктивных) требованиях, постольку они «не имели выбора». Попав между молотом левых и наковальней правых, конституционные демократы встали на путь который, по Веберу, нельзя было назвать иначе как путем «самоотречения». В качестве первоочередных они выдвигали и отстаивали требования, которые, во-первых, давали оружие в руки сил, противодействующих развитию «индивидуалистической культуры» в России, а во-вторых, способствовали развязыванию социальных процессов, которые должны были вести в перспективе к вытеснению их с политической арены.

Такова была судьба этой партии, завершавшей, по Веберу, еще «идеали­стический» этап российского освободительного движения, так как при всем политическом реализме ее лидеров (например, Струве, более всего импони­ровавшему Веберу своим «идеализмом свободы»), она была ориентирована «идеологически», отстаивая «права» там, где уже заявляли о себе интересы, и личность там, где «голос» получили «массы». Кадетам было суждено проложить дорогу устремлениям, носители которых должны были уволить в отставку «идеализм» всего либерального земско-кадетского движения, без раз­личения его умеренно-реформистского и более радикального оттенков. Ибо «дух» этих новых устремлений был столь же «материалистическим», сколь и антилиберальным и антибуржуазным.

Народное восстание 1873–1876 в Юж. Кырг-не
Это нар-ое восстание окончательно решила судьбу кокандского ханства. Предводителем повстанцев был мулла Исхак Хасан уулу (1844–76). В начале все попытки кыргызов против Кокан-го ханства потерпели крах, но они собирали новые силы и 1875 г. восстание достигло апогея. Оно стало всеобщим народным движением. В рез-те Худояр-хан сбежал в Ташк ...

Каменный век на территории
Первые достоверные следы человека на территории К-на относятся к палеолиту – древнекаменному веку (800–100 тыс. лет до н.э.). Самые древние орудия труда здесь были найдены Центральном Тянь-Шане (на реке Он-Арча), на Иссык-Куле (близ города Балыкчи) и Ферганской долине (Ляляйский район). Они были грубыми и представляли собой заостренные ...

Смоленск накануне вторжения армии Наполеона.
Смоленск стоит на пути всех тех, кто хотел бы молниеносно захватить наше Отечество. Не случайно он носит название – ключ-город. Рассматривая роль тех или иных сражений в ходе войны в 1812 году можно отметить, что наш город вошёл в военную и политическую историю как город, где было положено начало конца «Великой армии» Наполеона, как об ...