FullHistoria

Подробно о истории

 Повседневная жизнь узников гетто
Страница 2

История » Некоторые аспекты проблемы Холокоста »  Повседневная жизнь узников гетто

И здесь нет ничего удивительного. Система распределения продуктов на оккупированной территории для местного населения была организована по остаточному принципу: в первую очередь снабжался верхмат, затем германские подданные, фольксдойчи, нееврейское население. Евреи занимали последнее место в этой иерархии. При распределении продуктов по карточкам, многие их виды (мясо, крупа, жиры) были евреям не доступны вообще. Норма хлеба для евреев была в 2 раза меньше, чем для остального населении. Если рассматривать Минское гетто, то тут продовольственная проблема стояла еще острее. Продовольствие тут зависело более от случая, чем от распоряжения оккупационных властей. Но предприятиях города составлялись списки рабочих, на получение продуктовых карточек.

Магазинов в гетто не было. Работающие евреи получали мизерные пайки, или талоны, или денежные выплата, которые были в 2-3 раза меньше, чем у нееврейского населения. Этот факт подтверждается воспоминаниями:

Магазинов, лавок и тому подобных заведений в гетто не было. Если у нас было за что купить (а так было только первые 2 месяца жизнь в гетто, когда у нас еще сохранялись кое-какие сбережения из прошлой жизни.), то нам приходилось покупать продукты у местного населения, которое, радуясь случаю разбогатеть, брало с нас втридорога. Немцы нам не платили, а если платили, то изредка, такими мизерными суммами, что на них даже в мирное время трудно было бы что-нибудь купить [11,4].

По этим причинам голод в гетто был страшный: самым деликатесным блюдом считались оладьи из картофельных очистков.

Покинув гетто, мы внимательно смотрели по сторонам в надежде найти что-нибудь съестное. Это мог быть полусгнивший турнепс, валяющийся на поле, или корка хлеба, оброненная кем-то случайно—абсолютно все. Мы хватали это мгновенно, стараясь только, чтобы не заметил конвой. Если мы сильно хотели есть, мы проглатывали это на месте, но в основном старались принести домой. Иногда, в больнице нам могло повезти: какой-нибудь бедолага с ампутированными ногами, или нянечка с добрым сердцем могла дать нам кусочек хлеба, что само по себе было уже большой удачей. А тот день, когда удавалось съесть бутерброд с колбасой, подаренный каким-нибудь раненным солдатом, запоминался надолго. Голод был настолько ужасен, что многие девушки, поступаясь всеми канонами и обетами, отдавались немецким солдатам в надежде получить хоть корочку хлеба [11,4].

Многие, особенно дети, умирали от голода, от недостатка витаминов и минералов. Но тем, кому удавалось избежать страшной участи, умереть от голода, не были застрахованы, что они не умрут от болезней. В условиях абсолютной антисанитарии, постоянного страха и каторжной работы было не возможно выжить ослабленному голодом организму. Но, что было еще более страшным, если кто-то заболевал, никто уже не мог ему помочь. С первых же недель оккупации были введены деления медико-санитарных учреждений на «арийские» и «неарийские».У последних изымались все сколь-нибудь ценное оборудование и медикаменты. При снабжении больниц продуктами питания, нормы для евреев были значительно ниже. Врачи-евреи (за исключением особо ценных) изгонялись из «арийских» больниц и лишались права иметь частные кабинеты в гетто. В результате, смертность среди еврейского населения от истощения и эпидемий была в несколько раз выше, чем у остального населения [1,73].

В Минске, ситуация была почти такой же, как и во всей оккупированной Европе. Приблизительно в середине декабря 1941г В.Кубе подписал распоряжение о выплате помощи населению оккупированных территорий в случае болезни. Последним пунктом распоряжения, евреям в помощи было отказано. Но, чтобы не допустить распространения болезней, уже летом 1941 года оккупационные власти запланировали открыть в минском гетто 2 больницы (в них работали только евреи) [7,101].

Страницы: 1 2 3 4 5

Эволюция письма и литературы.
Все эти новшества стимулировались, прежде всего, запросами эпохи. Известно, что в 1041—1048 гг. в Китае простолюдин Би Шэн изоб­рел подвижной (наборный) шрифт. Однако ввиду отсутствия в китайской письменности алфавита «живые иероглифы» оказались непрактичными и в отличие от резных досок не прижились. По­добно тому, как изобретение печат ...

Отечественная историография о правлении Александра I
Уже в дореволюционное время эпоха Александра I, как и личность самого императора, привлекала внимание отечественных учёных. Многотомные труды об Александре I и его преобразованиях принадлежат перу М. И. Богдановича и Н. К. Шильдера, считавшихся официальными историографами. Н. К. Шильдер (1842—1902) наиболее последовательно проводил мыс ...

Творчество акынов-заманистов Калыгула Бай уулу и Арстанбека Бойлоша уулу
Калыгул Бай уулу (1785–1855 годы). Его считают видным представителем феодально-байской идеологии. В своем основном произведении «Акыр заман» («Конец мира») он воспевал ушедшие времена, осуждал феодальные междоусобицы, призывал манапов к мирной жизни. Некоторые его стихи глубоко лиричны. представитель течения «заманизма» – историко-фило ...