FullHistoria

Разнообразие оценочных мнений, размышлений и серьезных исторических исследований о преобразовательной деятельности Петра I, их живое и часто непримиримое столкновение говорит о том, что они являются средством заострить и проблематизировать или, наоборот, скрыть и завуалировать реальность социокультурного развития России. Рассуждение и осмысление петровских преобразований неизбежно приводит исследователя к тому, чтобы прояснить их взаимосвязь с темпами социально-исторического развития России, характером и формами ее государственной власти, их влиянием на организацию социальной и культурной жизни. Другими словами, обсуждение государственных и политических преобразований Петра I открывает возможности для истолкования исторического прошлого России в контексте определения и конкретизации представлений о социальной сущности русского народа и культурных формах его существования и развития.

Во всяком случае, такой точки зрения на значение реформ Петра I в историческом существовании и развитии российского государства и общества придерживалсся П.Я.Чаадаев.

Оценка преобразовательной деятельности Петра I, несомненно, являлась императивом философских размышлений П.Я.Чаадаева о судьбе России, изложенных им в своих знаменитых “Философических письмах”, а также в “Апологии сумасшедшего” и его переписке с друзьями и зарубежными корреспондентами. Об этом говорит наблюдение, которое свидетельствует, что в опубликованных текстах Чаадаева имя Петра I встречается более двадцати раз, тогда как имя Екатерины II – всего лишь три раза, а императора Александра I – семь раз.

Общеизвестно, что П.Я.Чаадаев являлся не просто сторонником западноевропейских форм развития христианской культуры и цивилизации. Важно то, что такая интеллектуальная позиция формировала у него резко критическую точку зрения на действительность российского образа жизни с его апологетикой рабства и политической вседозволенности. Кроме того, она устойчиво поддерживала и его критику истории России как источника современных ему отрицательных фактов и процессов социальной и политической жизни России.

Вместе с тем, никак нельзя обвинять П.Я. Чаадаева в последовательно нигилистической позиции по отношению к истории России. Более того, есть основания предполагать, что Чаадаев не только выражал критическую позицию по отношению к русской истории, но и обосновывал ее. При этом поиск обоснований для своей критики русской истории отнюдь не ведется им только в сфере апологетики западноевропейской исторической традиции. Апология западноевропейского развития как образца цивилизованных форм жизнеустройства суть внешняя сторона его размышлений. Их внутренним стержнем являются беспрецедентные для своего времени попытки найти и сформулировать реальные основания для объяснения отрицательных смыслов русской истории. И оценка им исторического смысла и результирующей формы преобразовательной деятельности Петра I оказывается тем контекстом, в котором Чаадаев формулирует свои действительные представления о русской истории и трагическом характере ее саморазвития. Уже в “Апологии сумасшедшего” Чаадаев недвусмысленно заключает, что резко очерченная реформами Петра европеизация России стала возможной отнюдь не в силу субъективных стремлений воли царя-преобразователя. Он пишет: “Если мы оказались так послушны голосу государя, звавшего нас к новой жизни, то это, очевидно, потому, что в нашем прошлом не было ничего, что могло бы оправдать сопротивление. Самой глубокой чертой, - заключает далее Чаадаев, - нашего исторического облика является отсутствие свободного почина в нашем социальном развитии”[3].

Развитием и установлением правил и форм социальных отношений современные народы Запада, по мнению Чаадаева, обязаны глубокому усвоению религиозного начала христианской веры под влиянием национальных или местных условий. Усвоение христианских идей русским народом было принципиально иным. Оно оказалось символически значимым и приобрело формы скорее политического, но никак не социального развития. “…У нас христианская идея осталась такою же, какой она была привезена к нам из Византии … - важное обстоятельство, которым наша церковь справедливо гордится, но которое тем не менее характеризует своеобразную природу нашей народности”.[4] При таком положении вещей на развитие социальной жизни русского народа налагались тесные, интимные рамки “домашнего строя и семейного уклада, примененого к государству”. Такой строй никак не мог быть совместим с прогрессом и цивилизацией, на поприще которых, как пишет Чаадаев, нас бросила могучая рука Петра I. Это замечание особенно важно в связи с тем, что Чаадаев неявно, но формулирует важнейшее противоречие всех преобразований Петра, диктуемое логикой исторического развития России. Преобразование государства по замыслу Петра, - преобразование, открывающее “окно в Европу”, светское просвещение, социальный и экономический прогресс, все это было неизбежно конфликтным в отношении к Русской Церкви. ее духовной власти, т.е. правил и установлений для государственной и частной жизни, не столько соответствующих идее и замыслу христианского бытия, сколько в соответствии с его символически выраженным идеалом

Причины Карибского кризиса. Политические причины кризиса
РОССИЙСКО-КУБИНСКИЕ отношения имеют глубокие исторические корни. Достаточно напомнить, что первый почетный консул России был аккредитован на Кубе еще в 1826 году. Справедливости ради надо сказать, что в целом до начала 60-х годов XX века двусторонние отношения с Кубой развивались скорее формально. До победы революции 1959 года Куба уст ...

Обвинительное заключение
Союз Советских Социалистических Республик, Соединенное Королевство Великобритании и Северной Ирландии, Соединенные Штаты Америки, Французская республика в лице нижеподписавшихся Р. А.Руденко, Х. Шоукросса, Р. Джексона, Ф. де Ментона, должным образом уполномоченных своими правительствами для расследования обвинений и судебного обвинения ...

Культура периода Токугава
В XVII — первой половине XIX в. в Японии был достигнут заметный прогресс в развитии просвещения и науки. Помимо правительственных и княжеских школ для детей самураев и школ, издавна существовавших при храмах, в городах появляются частные школы. В XVIII в. их насчитывалось 270. Среди них были и учебные заведения, дававшие некоторую подго ...