FullHistoria

Присоединение Беларуси к Российской империи было логичным завершением многовековой политики России на объединение всех «русских» земель. Естественно, самым сильным доводом за объединение был довод исторический, так как остальные (экономический, культурный) давали сбой. Действительно, если интерпретировать летописи определенным образом, может получиться, что русские, белорусы, украинцы когда-то жили в одном государстве, которое в результате действия враждебных сил распалось. Однако этого было мало. От русских историков, которые, естественно, пользовались особой опекой государства, требовалось доказать, что затянувшийся процесс объединения был не результатом сопротивления белорусского и украинского народов, а козней польских панов. Народ же наоборот, требовалось доказать, всегда стремился к присоединению к России, боролся за сохранение своей исконно-русской культуры, традиций, православной веры против полонизации и окатоличивания.

Русскую историографию вопроса можно хронологически разделить на два периода – историография первой половины 19 в. и историография второй половины 19 – нач. 20 в.в. Если для первого периода характерен примитивный, открыто царистский подход к рассмотрению проблемы, то второй период, характеризовавшийся расцветом российской исторической науки в целом, дал много примеров блестящих исторических трудов, хотя это в меньшей степени касалось истории борьбы белорусского народа против полонизации. Российские историки, несмотря на свой несомненно высокий профессиональный уровень, несомненно не очень хорошо знали историю Беларуси, что вкупе с непризнанием за белорусским народом права на национальное самоопределение не позволяло провести детальный исторический анализ борьбы белорусского народа против полонизации. рассматривая эту борьбу, российские ученые уделяли особое внимание религиозной борьбе между истиннорусским православием и навязанным поляками и Ватиканом католичеством и униатством, за которым российские историки не признавали национальной религии белорусского народа.

Российские историки первого периода застряли внимание на религиозной борьбе. Они не могли подробно исследовать антифеодальную борьбу, например, так как это расходилось с идеологией Российской империи. Скованные официальной идеологией, российские историки пытались обосновать выдать за стремление к присоединению к России и борьбу против полонизации противостояние между православными белорусами и католиками (часто представителями шляхты и магнатерии). При том, что принятие большинством белорусов униатства сняло религиозную проблему.

Но для российских историков религиозная проблема всегда оставалась самой важной. В своем «Историческом известии о возникновении в Польше унии» (М., 1805) Бантыш-Каменский указывает на откровенно антинародный характер Люблинской унии, ее направленность против православия[1]. Бантыш-Каменский подчеркивает, что принятие унии вызвало активное сопротивление масс. Таким образом, Бантыш-Каменский закладывает основу основ российской историографии, посвященной борьбе белорусского народа против полонизации, выявляя следующую логическую связь: заключение Люблинской унии – усилении окатоличивания – усиление полонизации – борьба «западнорусского» (белорусского, православного) народа против предыдущих двух. Такое топорное понимание истории Беларуси второй половины 16 – конца 18 вв. господствовало в историографии (в том или ином виде) практически двести лет.

Другой автор – Турчинович – дает еще больше для понимания сущности российской историографии вопроса. В своей книге «Обозрение истории Белоруссии с древнейших времен» (СПб., 1807) он рассматривает борьбу белорусского народа против полонизации с позиции российского чиновника. С одной стороны, Турчинович стоит на клерикальных позициях, а это значит, что он сводит борьбу белорусского народа против полонизации к противостоянию православной и католической церкви[2]. Но с другой стороны, он – представитель господствующего класса. Поэтому такой яркий эпизод, как убийство православными белорусскими мещанами униатского иерарха И. Кунцевича, который проводил агрессивную политику против православной церкви, Турчинович не принимает, оправдывая казнь повстанцев. Такая позиция весьма характерна. Ненависть к восставшему народу вызывает у любых правителей неудовольствие. Борьба против католицизма считается правильной до тех пор, пока не превращается в бунт, не щадящий никаких феодалов, чиновников независимо от их вероисповедания.

Империя Хуннов: сопредельные государство и народы
В 3 веке образовался (от Китая до оз. Байкал) мощный племеннойсоюз во главе с тюркоязычными гуннами, предводителем которого был в 209 г.до н.э. – хан Маодун (Модэ) – решительный и дальновидный политик. Слово «кыргыз» впервые упоминается вместе с его именем. За короткое время он расширил сои границы: на западе разбил кочевых юэджей и усу ...

Преодоление советского менталитета как индивидуальная и общественная задача
Для формирования качественно новых ценностей необходимо переосмысление многовекового культурного опыта России. Понимание ценностей своей страны – это понимание не только ее настоящего, но и прошлого. Для повышения культурного уровня россиян важен интерес к истории своей страны и своего народа. Изучение истории должно быть максимально с ...

Внешняя политика Ивана Грозного.
Иван IV Васильевич Грозный (1530-1584) – внук Ивана III, сын Василия III от брака с Еленой Глинской. Одна из наиболее одиозных и противоречивых фигур в истории России. Создание единого государства дало необходимые ресурсы для активной внешней политики. Иван IV понимал важность присоединения волжского пути, богатых приволжских и приурал ...