FullHistoria

В 1950—70-е годы наблюдается рост интереса к движению и расширение проблематики исследований.

Для современной историографии характерен пересмотр ряда устоявшихся в отечественной исторической науке выводов относительно декабристского движения.

Во-первых, отмечается, что движение декабристов нельзя сводить только к революционному. По своему со-68 держанию оно было гораздо шире. Здесь соединились различные взгляды, группы с разными идейными установками и интересами, по-разному понимавшие цели, задачи движения и пути их достижения. Исследователь Б. Бокова пишет, что «при желании — и без малейших натяжек — от декабристов можно провести маршруты куда угодно: к земскому движению 1860-х годов, к партии «Народной свободы», к «русскому социализму», к «аристократическому конституционализму», к правонационалистическим теориям, к российской религиозной философии, к социалистам-революционерам и т.д.».

Во-вторых, расширился спектр оценок закономерности восстания декабристов. Если раньше восстание декабристов представлялось как событие безусловно закономерное вследствие обострения классовых противоречий, то теперь высказывается мнение о том, что случайность и закономерность в событиях 14 декабря столь переплелись, что восстание могло и не состояться (С. В. Мироненко). Но в то же время высказывается мысль о возможной победе восстания. А. Н. Цамутали, П. В. Волобуев и Я. А. Гордин считают, что поражение декабристов не было заранее предрешено. И все же мнение об обреченности восстания преобладает в трудах историков.

В-третьих, нет единства в оценке последствий возможной победы декабристов. Н. Я. Эйдельман, например, пишет: «Мятежники могли, конечно, взять власть . Вот тогда захваченный ими госаппарат (как в 1700-х гг. преображенцами, семёновцами) тут же приказал бы всей России разные свободы: конституцию (северяне настаивали на Земском соборе) и отмену крепостного права. И что бы после того ни случилось — смуты, монархическая контрреволюция, народное непонимание, борьба партий и группировок, — многое было бы абсолютно необратимо». С. В. Тютюкин считает: «Можно допустить, что при более активной, наступательной тактике декабристы могли бы одержать победу в Петербурге, затем на Украине и с помощью Ермолова на Кавказе, сформировать Временное правительство и приступить к осуществлению своей программы. . Планы декабристов хотя бы частично могли воплотиться в жизнь». Но есть и совершенно противоположная точка зрения (Н. А. Рабкина): «Ни взять власть, ни тем более удержать ее декабристы бы не смогли, уровень народного сознания, царистские иллюзии, принципиальное отличие первого открытого революционного, организованного выступления от имевших место ранее многочисленных келейных дворцовых переворотов и победоносных заговоров были тому причиной».

В-четвертых, дискутируется вопрос о причинах появления движения. Так, И. К. Пантин, Е. Г. Плимак и В. Г. Хорос в книге «Революционная традиция в России. 1783—1883 гг.» (1986) проанализировали движение декабристов в контексте мирового антифеодального процесса. Мнения указанных исследований в определении причин возникновения движения декабристов явно накренились (по сравнению с историографией советского времени) в сторону признания воздействия Запада как не менее, если не более важного фактора по сравнению с внутрироссийскими обстоятельствами, породившими это движение.

Обсуждается и вопрос, весьма односторонне освещавшийся раньше, — о последствиях и значении восстания декабристов.

Но одним из наиболее важных вопросов современного этапа исследований в области декабристоведения является историческая реконструкция состава участников движения декабристов. Он непосредственно связан с проблемой исторического содержания термина «декабристы» («кого считать декабристом?»). Согласно С. В. Мироненко, ответ на вопрос, кого считать декабристом, заключается в установлении тех, кто был членом декабристских тайных обществ и участником восстаний 1825 г. на севере и юге. П. В. Ильин разделяет этот принцип, исходя из того, что декабристы — это члены ряда преемственно связанных друг 70 с другом конспиративных объединений, ставивших своей целью подготовку политических преобразований, а также участники организованных этими объединениями военных выступлений, знавшие о политической цели заговора. К этой формуле склоняются и другие исследователи. Другой важный вопрос терминологического характера: какие тайные общества считать декабристскими.

Открытым остается и вопрос о том, насколько сильны были элементы сознательности в позиции солдатской массы. Подсчеты количества декабристов историками иногда существенно расходятся между собой. Так, В. А. Пушкина и П. В. Ильин полагают, что количество декабристов всех категорий может колебаться от 700 до 900 человек. М. А. Рахматуллин считает эти цифры завышенными, но, в свою очередь, настаивает на включении в число декабристов хотя бы тех солдат, которые имели «какое-то представление о планах офицеров-заговорщиков и выполняли их «общественные» поручения».

Очередные аграрные "преобразования"
Второе раскулачивание в миниатюре основными чертами повторило раскулачивание 30-х годов: насильственное изъятие зерна, усмирение голодом, наращивание госзапасов и экспорта хлеба, высылка непокорных в отдаленные края. Преемственность замыкалась и тем, что "раскулачивание" и выселение конца 40-х годов по срокам совпадало со снят ...

Причины Смутного времени и его начало
Семнадцатое столетие в истории нашей страны — переломное, бурное время заката Средневековья. Современники называли его «бунташным». Россия переживет крестьянскую войну — первую в своей истории, череду городских восстаний, «медный» и «соляной» бунты, выступления стрельцов, конфликт церкви и светской власти, церковный раскол. Да и начнетс ...

Аравия в раннее Средневековье. Религиозная ситуация
Еще с древности население Аравии унаследовало политеизм — поклонение различным божествам. В их честь строились величественные храмы, устраивались святилища, выделялись места поклонения, ставились посвятительные надписи и приносились жертвы. В Аравии существовала значительная свобода вероисповедания. Каждое племя, а иногда каждая семья ...